Спорт высших осложнений

Спорт высших осложнений

Спорт высших осложнений

Начавшийся процесс возвращения — в виде турниров по смешанным единоборствам, футбольного чемпионата Германии — большого спорта с «коронавирусных каникул» стал лишней причиной задуматься, насколько пандемия повлияет на облик отрасли, которую можно считать одной из главных ее жертв. Кажется, по крайней мере в ближайшем будущем, ее действительно ждут грандиозные изменения и грандиозные проблемы. Это касается и календаря соревнований, и спортивной экономики, и, может быть, даже соревновательных форматов.

Давно, уже с марта, у многих медиаресурсов в тренде публиковать списки спортивных событий, которые стали жертвами пандемии. В них включают приостановленные на неопределенный срок, отмененные, перенесенные состязания и официальные мероприятия вроде фестивалей, имеющих отношение к спорту, конгрессов федераций. Версии списков у AP, Reuters, BBC, ESPN отличаются. Но в любом случае количество пунктов в каждом уже прилично зашкаливает за три сотни. А примерно пятая часть этих пунктов — либо международные соревнования, либо соревнования локальные, но востребованные и за пределами страны, где проводятся, вроде футбольных чемпионатов «большой пятерки» или НХЛ с НБА. И нагляднее иллюстрации того урона, который коронавирус успел нанести отрасли, нет. Впрочем, эти списки — еще и иллюстрация масштаба проблем, с которыми ей придется столкнуться в обозримом будущем, а также остроты головной боли у тех, кто отвечает за все упомянутые в них мероприятия.

Сейчас новости, боль описывающие, рождаются в основном из долгих дискуссий по поводу того, стоит ли возобновлять прерванные соревнования, а если стоит, то в каком формате — усеченном или более или менее полноценном, при соблюдении сверхжестких или просто жестких мер безопасности? Но скоро, видимо, настанет очередь и дискуссий по поводу чуть более отдаленного от текущего момента будущего.

Коронавирус уже вызвал поистине тектонические сдвиги в календаре. И перенос с лета 2020-го на лето 2021 года футбольного чемпионата Европы и Олимпийских игр в Токио, сопровождавшийся переносом — тоже на год вперед — таких «больших» состязаний, как чемпионаты мира по водным видам спорта или легкой атлетике, которые на них наложились,— заметнейший среди уже подвергшихся перемещению пластов. Собственно, для того чтобы оценить градус и сложность вызовов, связанных с календарными потрясениями, достаточно взглянуть хотя бы на вызовы, уже появившиеся благодаря главным переносам.

Вот, допустим, Олимпиада. О необходимости перезаключать спонсорские контракты, контракты с владельцами и арендаторами созданной под нее инфраструктуры, корректировок билетной программы неоднократно рассказывали и президент Международного олимпийского комитета (МОК) Томас Бах, и те японские чиновники, которые курируют организацию Олимпийских игр. А сайт Insidethegames опубликовал материал, в котором упоминаются и некоторые другие, менее бросающиеся в глаза, но очень болезненные пункты в «дорожной карте» по адаптации к олимпийскому переносу. В этом материале, например, приводятся слова президента Международной федерации легкой атлетики (Worlds Athletics) Себастьяна Коу, который, описывая ситуацию с «переподготовкой» к Олимпиаде, говорил о «мириадах» трудностей. И эти трудности, по его словам, отнюдь не исчерпываются улаживанием потенциальных конфликтов с предпринимателями или хозяевами гостиниц, которых придется второй раз просить замораживать цены на дорогие токийские номера, чтобы они соответствовали стандартам МОК и не отпугнули публику. Себастьян Коу обратил внимание на численность обслуживающего персонала, работающего на Олимпиадах. Это — 9–10 тыс. человек, которые, как правило, заранее договариваются о новом, постолимпийском трудоустройстве. Иными словами, олимпийский персонал в 2021 году придется искать заново.

При этом надо понимать, что Олимпиада — это «модельное» состязание и что те же задачи будут вынуждены решать организаторы турниров, «отодвинутых» ею,— водного и легкоатлетического мировых первенств, чемпионата Европы по баскетболу.

Есть и еще менее заметные нюансы. К примеру, ESPN посвятил довольно большой материал баскетбольной сборной США. Составленная из суперзвезд НБА, она на каждой Олимпиаде выступает в роли одного из самых любопытных аттракционов. Суть материала ESPN сводится к тому, что очередной сезон ведущей баскетбольной лиги может из-за коронавируса стартовать гораздо позже, чем обычно, и, соответственно, закончиться позже — не в июне, как планировалось, а в июле, когда открываются Олимпийские игры. И тогда не факт, что суперзвезды, лишающиеся отдыха в межсезонье, вообще поедут в Токио.

Хотя тезис о позднем финише сезона звучит гораздо более актуально применительно ко второму сдвинутому ровно на год турниру-гиганту. Сейчас во всех футбольных лигах, за исключением успевшей только что вернуться немецкой, запускаются сценарии, которые предусматривают сильно отложенный рестарт текущих чемпионатов — в середине или в конце, как в Российской премьер-лиге (РПЛ), июня. Финиш тоже будет отложенным, едва ли дающим шанс вовремя по прежним стандартам начать новый сезон. А старт европейского первенства — 11 июня 2021 года — и так располагается почти впритык к традиционным датам окончания национальных турниров, сберечь которые будет невероятно тяжело.

Союз европейских футбольных ассоциаций (UEFA), пока не наступила полная ясность с пандемией и ее последствиями, кажется, просто не хочет поднимать тему перегруженности, сверхплотности «посткоронавирусного» календаря. Но в рамках прошедшего в конце апреля вебинара Soccerex ее поднял член исполкома UEFA, президент Ассоциации европейских лиг Ларс-Кристер Ульссон. На вебинаре у Ульссона поинтересовались, в течение какого срока коронавирус, на его взгляд, будет оказывать влияние на международный календарь. «Возможно, два-три года»,— ответил функционер, уточнив, что не исключает того, что нынешний кризис повлияет даже на чемпионат мира в Катаре. Он назначен на ноябрь—декабрь 2022 года. А господин Ульссон, похоже, всерьез считает, что реален эффект домино: уплотнение графика в будущем сезоне может вылиться в уплотнение в сезоне, который за ним последует. А чемпионат мира и без такого уплотнения жестко, как в тиски, зажат внутри него…

Ларс-Кристер Ульссон, расшифровывая свою мысль, предпочел добавить, что «надо ждать и смотреть». И эту фразу на самом деле, говоря о спортивном календаре и 2021-го, и 2022 годов, могли бы, надо полагать, повторить десятки функционеров.

Финансовый ущерб, который пандемия уже нанесла и еще нанесет спортивной индустрии, является, пожалуй, наиболее популярной, но противоречивой темой. Ситуация постоянно меняется: какие-то соревнования возвращаются или собираются вернуться к жизни, какие-то, напротив, откладываются на неопределенный срок. Прогнозы относительно глубины финансовой пропасти, из которой придется выбираться спорту, варьируются — от тех, что констатируют, что будет очень трудно, до откровенно алармистских. Из наиболее свежих можно привести заявление, прозвучавшее на совещании руководителей футбольных клубов и федераций в начале мая. По информации BBC, на нем было сказано, что потери только топовых футбольных клубов Европы составят более €3,9 млрд, если удастся доиграть нынешний сезон и более или менее нормально, пусть даже без зрителей, провести следующий. Если же придется снова останавливать соревнования, а такая вероятность не исключена, потери взлетят до €6,9 млрд. Ничего удивительного, если потенциальные потери одного только «Реала» оцениваются в €165 млн, «Манчестер Юнайтед» — в €155 млн, «Барселоны» — в €140 млн. Потери американского спорта (а это главный, за вычетом футбола, спортивный рынок мира) при наиболее неблагоприятном развитии ситуации, согласно оценке ESPN, могут достичь $12 млрд и негативно повлиять на 3,5 млн рабочих мест, связанных со спортивной индустрией.

Или другая впечатляющая цифра. Перенос токийской Олимпиады на 2021 год по самым пессимистичным оценкам потребует только $6 млрд дополнительных вложений — $650 млн из них уже взял на себя МОК, а остальное, похоже, ляжет на японских налогоплательщиков. Еще $150 млн Международный олимпийский комитет выделил на поддержку национальных олимпийских комитетов и международных спортивных федераций, но это вряд ли снимет для них остроту проблемы. Только дефицит Олимпийского комитета США оценивается в $200 млн. Наконец, можно обратиться к исследованию, проведенному маркетинговым агентством Two Circles.

В нем отмечается, что суммарный доход спортивной индустрии в этом году должен был составить около $135 млрд, однако из-за коронавируса он будет практически вдвое ниже.

О том, насколько оправданы такие прогнозы, можно будет судить, по всей видимости, уже постфактум, когда пандемия останется в прошлом. Но, скорее всего, долго ждать, чтобы понять реальный масштаб проблем, не придется. В роли индикатора финансового положения мирового спорта уже в ближайшие месяцы выступит футбольный трансферный рынок. Летний период дозаявок вообще-то должен был открыться уже 1 июля, но решением Международной федерации футбола (FIFA) его перенесли на более поздний срок. Как бы то ни было, дозаявки стартуют не позже сентября, поскольку в конце августа должен завершиться футбольный сезон, и они покажут, насколько меньше стало денег в системе.

По оптимистичным оценкам ничего страшного период дозаявок не покажет. К оптимистам стоит, наверное, отнести специалистов портала Transfermarkt, который еще в начале апреля провел коронавирусную переоценку игроков. Все вместе они подешевели на €9 млрд, что много. Но уценка каждого в отдельности не превысила 20%. А футболисты, родившиеся в 1998 году и позже, подешевели только на 10%. Такие колебания на рынке случаются и без всяких пандемий. Другое дело, что все привыкли к тому, что цены на игроков могут только расти, но очевидно, что бесконечным этот процесс быть не мог.

Примерно такой же позиции придерживаются специалисты CIES Football Observatory (организация учреждена FIFA и швейцарским университетом Невшателя). По их предположениям, футболисты подешевеют в среднем на 28%.

Но есть и гораздо более тревожные оценки. Например, Дамьен Комолли, успевший поработать спортивным директором в «Тоттенхеме», «Сент-Этьене», «Ливерпуле» и «Фенербахче», заявил Sky Sports, что «весь футбольный бизнес изменится». Он не согласился с тем, что снижение цен на футболистов удержится в разумных рамках. «Я общался с футбольным агентом в Бельгии, и он рассказал, что сейчас предлагает игроков, которые еще в начале года стоили по €30 млн, всего за €10 млн. Это было в мае. Сейчас ситуация явно сложнее». Причина такого падения цен очевидна. Клубы во время простоя не получают доходов, а обслуживать обязательства им по-прежнему нужно — и не только перед игроками, но и перед другими командами. Скажем, только клубы Английской премьер-лиги должны за футболистов €1,9 млрд, из них более €1 млрд — иностранным командам. И в такой ситуации находятся все топ-лиги Европы. Так что «живых» денег на рынке сейчас не так много, как раньше. Впрочем, те, кто все же сумел создать резервы, сейчас могут получить редчайший шанс собрать за смешные деньги команду мечты. «Я не удивлюсь, если большие команды вложат, скажем, по €100 млн в покупку не одного-двух игроков, а сразу семи-восьми молодых футболистов, которые составят костяк команды на годы вперед»,— говорит Дамьен Комолли. Вообще, считает он, время игроков ценой €100 млн прошло, потому что свободных денег у большинства клубов нет, а те, у кого они есть, поостерегутся их тратить, не желая быть обвиненными в пире во время чумы. Правда, все это не мешает руководству «Тоттенхема» требовать за Гарри Кейна безумные £200 млн, а «Боруссии» просить за Джейдона Санчо более €100 млн.

Однако автор книги «Цена футбола» Киран Магуайр уверен, что таких цен не будет. В интервью испанскому изданию AS он отметил, что многие концентрируются на топ-клубах, забывая о командах второго и третьего эшелонов. Особенно тех, которые зависимы от посещаемости стадионов (продажа билетов на один домашний матч может приносить до €3 млн). Им, чтобы просто остаться на плаву, придется продавать футболистов — и продавать дешево. «Традиционно это был рынок продавца. Теперь все наоборот: цену диктует покупатель»,— отметил господин Магуайр. Он отметил, что те клубы, у которых есть резервы или богатые владельцы, могут очень сильно выиграть в кризис, купив футболистов, которые даже для них раньше были слишком дороги, и увеличив тем самым разрыв между топовым эшелоном и всеми остальными. «Так работает капитализм. Справедливости в футболе нет»,— уверен Киран Магуайр.

Прогноз насчет того, что мир после коронавируса уже никогда не будет прежним,— это, наверное, все же легкая гиперболизация. Но в случае со спортивной отраслью он наверняка близок к истине, потому что кое-какие намеки на грядущие изменения видны уже сейчас. Достаточно опять же изучить свежие новости.

Вот Карибская ассоциация национальных олимпийских комитетов (CANOC) вместо того, чтобы перенести заседание исполкома, решает проводить его в режиме видеоконференции. Вот Международная федерация парусного спорта (World Sailing) сообщает о том, что в таком же режиме собирается устроить не просто рядовое заседание, а назначенные на осень выборы президента. А вот о проведении сентябрьского конгресса в online-формате информирует крупнейшая среди спортивных федераций — FIFA…

А вот мощнейший спортивный телевизионный холдинг ESPN заключает новый договор с NBA 2K, то есть с лигой, где играют в компьютерную НБА, и объявляет о том, что будет показывать ее турниры на одном из ключевых каналов. А вот крупные ресурсы впервые не ужимают до двух строчек новость о том, что сменился руководитель в Международной федерации компьютерного спорта (IESF), а считают своим долгом привести биографию занявшего должность Влада Маринеску и рассказать о его планах. А вот в конце апреля появляется официальное обращение президента МОК Томаса Баха. В нем господин Бах, прежде говоривший о том, что киберспорт не соответствует «идеологии олимпийского движения», призывает спортивные федерации наладить связи с производителями видеоигр и использовать возможности «виртуальной сферы».

Повышенное внимание к киберспорту, обретение привычки проводить совещания в удаленном режиме — это, конечно, необязательно свидетельство того, что спорт, десятилетиями боготворивший «патриархальные», «живые» формы, вдруг резко, в один миг, переориентируется на те, что были ему не милы. Но, во всяком случае, их «удельный вес» явно повысится. А про один из спортивных жанров можно даже говорить, что в нем переориентация, крен наверняка будут солидными.

Проекты не любительских и полулюбительских, удовольствия ради, а вполне серьезных онлайн-турниров в шахматах появлялись и раньше. Авторами некоторых становились люди, досконально разбирающиеся и в технических, и в коммерческих тонкостях вида. Один такой проект — большой, подробный — подготовил в свое время, например, 14-й чемпион мира Владимир Крамник.

Авторы всех этих инициатив указывали на важное обстоятельство: «живая» аудитория для шахмат не так уж важна: она все равно по меркам других видов, как правила, мизерна — как и доходы от нее. Шахматы ориентируются именно на онлайн-болельщиков. При этом игра «на удаленке» позволяет минимизировать до предела расходы на проведение турниров: не нужно оплачивать аренду локаций, расходы на проезд и размещение участников. А такое радикальное облегчение логистики позволяет и уплотнить календарь соревнований. Главной проблемой для претворения проектов в жизнь оставался до сих пор античитинг. Но вроде бы появились соответствующие программы…

Пандемия в итоге запустила целую волну онлайн-турниров высочайшего уровня. Сначала — состязания, придуманные Магнусом Карлсеном, за ними — Кубок наций Международной шахматной федерации, за Кубком наций — турнир с участием восьми ведущих российских гроссмейстеров, за ним — снова турнир от раскачавшейся FIDE, Мемориал Вильгельма Стейница… Эти турниры, которые идут без перерыва, оказалось не так уж сложно организовать. А еще оказалось, что элитные игроки охотно принимают приглашение в них выступать.

Еще, конечно, предстоит проанализировать эффект, который вызвало «турнирное цунами» с точки зрения востребованности таких шахмат. Но, по крайней мере, никаких скандалов с читерством на них зафиксировано пока не было. И это тоже важный результат в «проекции» на применение формата в «постпандемийную» эпоху.

Алексей Доспехов, Афсати Джусойти

По материалам: kommersant.ru

Похожие статьи

НАПИСАТЬ КОММЕНТАРИЙ

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены (обязательно)