«Жители немного не понимают, откуда вырастают квадратные метры»

«Жители немного не понимают, откуда вырастают квадратные метры»

«Жители немного не понимают, откуда вырастают квадратные метры»

Столичные власти не намерены сдвигать сроки выполнения программы реновации в связи с распространением коронавирусной инфекции. Об этом “Ъ” заявила глава Москомархитектуры Юлиана Княжевская. Накануне в городской мэрии объявили о вынесении на публичные слушания по программе реновации нового блока из 13 проектов планировок микрорайонов. Причем сначала чиновники заявляли, что на слушания не пустят более 50 участников в связи с ограничениями публичных мероприятий из-за коронавируса, а затем решили перевести их вовсе в электронный формат. Госпожа Княжевская рассказала “Ъ”, как пройдут эти слушания, намерены ли власти идти на уступки жителям и чем небоскребы бюро Захи Хадид не устроили московских проектировщиков.

— Внесла ли нынешняя ситуация c коронавирусом коррективы в планы столичных властей по программе реновации?

— Москомархитектура не останавливает производственные процессы. Но в связи с особой эпидемиологической обстановкой мы сообщили, что будем проводить общественные обсуждения по программе реновации в электронном формате на портале «Активный гражданин». Такой формат представляет массу плюсов для москвичей — это исключение временных рамок (в течение суток) для ознакомления с проектами, отсутствие необходимости посещения массовых мероприятий, невозможность фальсификации результатов обсуждений и многое другие.

— Оставшиеся проекты планировки реновации также будут обсуждаться через интернет?

—У нас и ранее был в планах перевод обсуждения проектов планировок по программе реновации в электронный формат. Нынешняя ситуация лишь ускорила реализацию этих планов.

— На экспозициях народу обычно немного, но публичные слушания популярны. Как это будет выглядеть в электронном формате?

— Все предложения и пожелания граждан будут собираться через портал «Активный гражданин». Эти отзывы будут обрабатываться так же, как и очные отзывы граждан. Все будет запротоколировано, а замечания проектировщики учтут при доработке проекта.

— На борьбу с коронавирусом тратится много средств на фоне заявлений некоторых чиновников о возможном падении доходов столичного бюджета. Повлияет ли вспышка на финансирование программы реновации?

— Это вопрос больше к финансово-экономическому блоку правительства Москвы. По моему мнению, не повлияет. Это государственная программа, и город будет ее поддерживать и выполнять. Мы же проектируем все в штатном режиме с соблюдением нормативов.

— Курировавший реновацию вице-мэр Марат Хуснуллин ушел в правительство РФ, его место занял Андрей Бочкарев. Реализация программы реновации и проектирование кварталов изменится в этой связи?

— У нас полная правопреемственность между Маратом Шакирзяновичем (Хуснуллиным.— “Ъ”) и Андреем Юрьевичем (Бочкаревым.— “Ъ”). Все принципы, заложенные в программе реновации изначально, остаются. Это квартальная застройка, дворы без машин, разделение пространств на общественные и жилые, проектирование как можно большего количества парковых зон.

— Что жителям ждать нового от новых проектов планировок кварталов по программе реновации?

— В прошлом году мы провели 59 публичных слушаний по проектам планировки территории. В этом году ожидается еще 30 проектов. Скажем, в Зюзино, Перово или Кузьминках большие территории. Количество домов, планируемых к сносу, там доходит до 300. В частности, в Кузьминках в программу вошло 287 домов, в Перово — 196 зданий, в Зюзино — 182 дома. И вот для этих домов надо спланировать новую городскую среду, разместить стартовые дома, сделать аккуратное переселение и поэтапно построить оставшиеся здания. Ведь как раньше строили, скажем, в Новых Черемушках? Это были поля. А здесь сложившаяся ткань города. Вот дороги, метро, существующая застройка. Так что здесь проекты сами по себе уникальны.

— А в Зюзино, Перово или Кузьминках будут такие же высотки, как в Покровском-Стрешнево?

— Да, в Покровском-Стрешнево в рамках программы реновации был спроектирован 72-этажный дом, потом его уменьшили до 30 этажей. В новых проектах такого нет, там сохраняется принцип средней этажности в 14 жилых этажей с отдельными разновысотными планировочными доминантами. Домов в 72 этажа не будет точно.

— На публичных слушаниях было много претензий к росту числа жителей в районе из-за планируемых высоток. Согласны ли вы с ними, реагируете на них?

— Мы не считаем это претензиями, это диалог с жителями, который мы ведем на регулярной основе. Мы представляли на слушаниях проекты с высотными домами, но это современная тенденция. Мир идет к высотному строительству. Там, где жители все же не хотят высоток, мы принимаем их предложения. Я дважды в неделю провожу совещания с жителями по программе реновации. Оказалось, что граждане немного не понимают, откуда вырастают квадратные метры, поэтому и появляется боязнь перенаселения. Но когда садишься и на пальцах объясняешь простую математику, они слышат. Например, что в пятиэтажке площадь этажа — 250 кв. м, а в новом доме она составляет 375 кв. м за счет появления лифтовых холлов, мусоропроводов, коридоров и увеличения квартир. Кухня увеличилась, санузел и коридор — тоже. Получается, дом вырастает, но в него переезжают те же самые жители. Также не надо забывать о вариативности, когда каждый житель просит показать ему три квартиры, и о возможности докупки жилья. На это закладывается еще около 10% площади. А еще есть очередники, жители общежитий, которым предоставляется не комната, а квартира… Наконец, есть «дома Архнадзора» (здания, представляющие историко-архитектурную и градостроительную ценность.— “Ъ”), как мы их называем, эти здания сохраняются, но жителей-то мы должны переселить. Когда все это математически складываешь, люди слышат и понимают. Так что история о большом перенаселении и переуплотнении — это миф.

— Что скажете о расширении дорог, которое на слушаниях часто ругают, предрекая пробки и транспортный коллапс?

— Это тоже страхи. Мы для каждого проекта делаем моделирование территории, размещаем объем застройки и смотрим, как будет двигаться транспорт. Видим, в каких ситуациях надо расширить улицу, а то и правда будет транспортный коллапс, а где надо предусмотреть дополнительные проезды, чтобы не создавать сложностей с въездом в квартал. Но есть случаи, когда по пожеланиям жителей мы не расширяем улично-дорожную сеть, если есть такая возможность. Например, в Свиблово мы сохранили существующую схему движения по улицам.

— Вы сказали, что число жителей в новых кварталах особенно не увеличивается, но дороги все-таки расширяются. Какая тут связь?

— В Москве в принципе низкая плотность улично-дорожной сети. К тому же есть обязательные требования сделать внутриквартальные проезды — должны проехать пожарные, скорая помощь. А дороги, где запускают общественный транспорт, по нормативам полагается делать минимум двухполосными в каждую сторону.

— Во многих районах сложились группы протестных активистов. Удается ли проектировщикам находить общий язык с ними?

— Стараемся говорить с ними на одном языке. Иногда приходится находить баланс между группами жителей, которые спорят друг с другом. В Нагорном районе, например, одна группа требовала проложить внутриквартальный проезд, а другая собралась костьми лечь, чтобы такой проезд все-таки не появился.

— Какой баланс был найден?

— Этот проект планировки еще находится сейчас в разработке и моделировании. Я вспомнила этот случай, чтобы показать, что мы работаем даже с противоречащими друг другу жителями. Но бывает много дельных предложений. Скажем, в Бескудниково жители пришли с просьбой разбить парк, который они собирались посвятить годовщине 75-летия победы в Великой Отечественной войне. Пошли навстречу, перекомпоновали территорию, отодвинули физкультурно-спортивный комплекс ближе к застройке, сделали парк. А в Северном Тушино по просьбе жителей сделали более крупный спорткомплекс.

— Один из последних скандалов на публичных слушаниях был в Хорошево-Мневниках, где активисты обвиняли чиновников в найме массовки. После слушаний вы заявили, что в одном из кварталов вместо 36-этажного дома будет парк. Это была уступка в ответ на скандал?

— Давайте посмотрим на факты, события развивались так. Действительно, в проекте предусматривалась башня высотой до 35 этажей. Каждый проект планировки мы перед слушаниями обсуждаем на заседании градостроительно-земельной комиссии у мэра. В этом проекте в некоторых местах были дома и по 40 этажей. И у мэра было принято решение убрать эту высотность. Так что на собрании докладывали два варианта проектов — как с высотной, так и со сниженной застройкой, без башни. Так что это не уступка: мы заранее посмотрели и приняли решение снизить этажность и сделать более комфортную квартальную застройку.

— Многих участников программы реновации волнуют графики переселения в новые дома. Изначально их должны были подготовить в конце 2019 года, но сроки сдвинулись. Означает ли это, что и реализация программы затянется?

— На сроках выполнения программы реновации это точно не отразится. Наоборот, программа набирает обороты. Что касается графика переселения, то его можно составить, лишь утвердив проект планировки и поняв объем застройки. График не успели сделать к 1 января 2020 года, потому что территория существующей застройки живая и потребовала много времени на изыскания, анализ и проектирование инженерной инфраструктуры, разработку проектов, обсуждение с жителями и доработку. График переселения планируется к опубликованию до 30 июня 2020 года.

— Проектированию предшествовал международный конкурс концепций, в котором участвовали именитые архитектурные бюро Захи Хадид и Рикардо Бофиля. Эти бюро предлагали примечательные проекты небоскребов со срезанными крышами и стеклянными мостами. В Москомархитектуре обещали учесть идеи конкурса, но в нынешних проектах никаких срезанных крыш нет, а есть стандартные микрорайоны. И как же учли концепции?

— Основной задачей международного конкурса была выработка принципов квартальной застройки. Когда мы посмотрели его результаты, мы эти принципы и взяли: квартальная застройка, двор без машин, первые нежилые этажи и тому подобное. При этом некоторые проекты не соответствовали нашим требованиям. То есть на картинке они были очень красивыми, как, например, футуристический проект Захи Хадид. Но в них не учитывался срок переселения в 15 лет, это были проекты со сложными конструктивами, весьма дорогие. Наконец, не были учтены некоторые наши нормативы, например по инсоляции: в отличие от стран ЕС, у нас дома не могут стоять впритык друг к другу. Хотя некоторые проекты мы все же адаптировали и приземлили — например, сохранены предложения Рикардо Бофиля и «Мастерс план» по планировочным решениям и размещению застройки на проспекте Вернадского, а в Кузьминках у метро предлагается формирование нового делового центра района. Надо также помнить, что в проектах сейчас представляются объемно-пространственные решения, зонирование территории и ориентировочная посадка зданий. Внешний вид зданий еще изменится, ведь фасад и его материалы спроектируют на следующей стадии Фондом реновации. Но уже сейчас можно увидеть, какие разнообразные применяются решения. Нет этих однотипных спальных районов с плиточкой, как в Строгино или Отрадном.

— На старте программы реновации много говорилось о новом качестве в строящихся домах. В этой связи вспоминается «Город набережных» в Химках, где есть не просто симпатичные дома, но прорыты искусственные каналы, есть свои набережные и новые городские площади. Такие решения рассматривались Москомархитектурой?

— Каналы, мосты — это, во-первых, очень дорого. Это дорогая история с учетом того, что за 15 лет нам надо переселить 5174 дома. Во-вторых, это сложно спроектировать. У каналов надо делать подпорные стенки и мостовые переходы, инженерное обеспечение, следить, чтобы работала ливневая канализация… Все это в итоге выливается в гораздо большую сумму. Но стоит не забывать, что главная особенность всех проектов планировки реновации — новые принципы формирования городской среды. Эти принципы совместно массово ранее никогда не применялись в Москве. Применение такой застройки уже само по себе создаст новое качество жизни во всех районах реновации.

— Есть версия, что некоторые проекты планировок разрабатывались еще при Юрии Лужкове во время предыдущей кампании по переселению, а теперь были подняты проектировщиками и доделаны. Это правда?

— Нет, все проектирование было сделано заново начиная с 2017 года. К тому же программа реновации Юрия Лужкова была куда менее масштабной, в ней было всего 1,7 тыс. домов.

Интервью взял Александр Воронов

По материалам: kommersant.ru

Похожие статьи

НАПИСАТЬ КОММЕНТАРИЙ

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены (обязательно)