Урин рассказал, как Большой театр будет жить без перекупщиков

С 1 сентября вступят в силу новые правила продажи и возврата театральных билетов. Соответствующий закон 27 июня Госдума приняла в третьем, окончательном чтении. Документ должен остановить театральных спекулянтов, а также дать возможность зрителям получить компенсацию за возвращенный билет. Гендиректор главного театра страны Владимир Урин рассказал корреспонденту «МК», как теперь изменится жизнь Большого и перекупщиков.

фото: Михаил Ковалев

— Как бы вы оценили итоговую версию принятого закона?

— Я должен сказать, что это в общем достаточно проработанный документ, учитывающий все интересы и театра, и зрителей. Мне кажется, он очень сбалансирован и, самое главное, дает серьезные ограничения в продаже билетов перекупщикам. В документе утверждено, что продавать билеты могут только театры либо те, кому они дали это право. Введено и понятие именных билетов, четко определен порядок возврата билетов и какая компенсация в случае возврата предусмотрена зрителям. Я думаю, закон будет работать.

— Насколько сильно Большой театр страдал от перекупщиков?

— От них страдает зритель, потому что представить себе, например, англичанина, который будет у человека, стоящего около театра, или на сайте покупать билеты в два, в три, в четыре раза дороже, чем они стоят по номиналу, — это невозможно. У нас в России, к сожалению, это возможно. Теперь будет серьезная защита прав зрителя, чтобы люди имели возможность приобретать билеты по номиналу. Вот что чрезвычайно важно. Распространять билеты позволят только организациям культуры либо уполномоченными ими лицам по договору с нами, то есть если театр считает, что они не будут злоупотреблять полномочиями. Более того, в законе введено понятие, что за услуги по продаже билетов этими организациями его сумма не может быть увеличена больше чем на десять процентов. В то же время именные билеты выдаются только в случае особого спроса на какие-то спектакли. Кроме того, мы выпускаем именные билеты в десять раз дешевле, чем они на самом деле стоят, для молодых зрителей и защищаем от тех же спекулянтов, которые будут продавать их в пятнадцать раз дороже. Теперь это узаконено.

— В законе также предусмотрен новый порядок сдачи билетов?

— Да, сейчас можно будет сдавать билет за десять дней и получать его полную стоимость, за пять — пятьдесят процентов, а за три театр имеет право не принимать билеты. Раньше вообще мы не принимали билеты. Была формулировка «за минусом тех расходов, которые театр уже понес, чтобы этот спектакль состоялся». У нас было очень много судебных исков, которые театр всегда выигрывал, потому что мы доказывали, что затраты Большого театра на момент продажи билета были уже осуществлены. Теперь мы обязаны возвращать деньги за билеты.

— Не боитесь, что это приведет к финансовым трудностям?

— Нет, не боюсь, потому что если билет можно будет за десять дней сдать, у нас есть абсолютная нормальная возможность этот билет продать. А вот за три дня мы уже принимать не будем. Так что я надеюсь, что жизнь Большого театра с принятием закона в худшую сторону не изменится, а вот жизнь перекупщиков должна стать заметно тяжелее.

— А что за история с проверкой Большого театра Счетной палатой?

— Я даже не понимаю, почему вдруг такой интерес возник к этой ситуации. Действительно, Счетная палата посмотрела, проанализировала и выяснила, что не все билеты, которые у нас официально находятся в броне, нами реально используются, что в большинстве случаев по заявкам тех, кому положена эта бронь, идет где-то всего семьдесят процентов билетов на каждый спектакль. Они сказали: «Ребят, что вы держите эти билеты?» А мы же все равно их пускаем в продажу, просто позже. Мы согласились с разумным замечанием Счетной палаты и увеличили количество билетов, которые поступают в продажу, на сто штук.

— Какие, на ваш взгляд, необходимы дополнения к нынешнему закону?

— В законе написано, что в случае болезни человек имеет право вернуть билет и получить его стоимость. Тут необходимо прописать порядок, в каких случаях и какие документы будут признаваться действительными для доказательства, что человек действительно был болен. Это серьезный вопрос. Представьте, он нигде не работает, не берет больничный лист и заявляет, что был болен. Является ли это для нас основанием принять билет? Те нормативные акты, которые будут разрабатываться, должны быть приняты и определять порядок механизмов, которые будут работать дальше в случае нарушения этого закона, если вдруг спекулянты будут продолжать торговать билетами. Нужны и изменения в Административный кодекс.

Как только закон будет подписан президентом, мы тут же начнем работу с Министерством культуры, чтобы разрабатывать нормативные подзаконные акты, чтобы к осени они были выпущены.

Источник

Похожие статьи

НАПИСАТЬ КОММЕНТАРИЙ

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены (обязательно)