«Расстегните ремни, оставьте всё!»: бортпроводник воспроизвел ЧП в Шереметьево

«Расстегните ремни, оставьте всё, на выход!» — эти три команды бортпроводники должны громким голосом чеканить при эвакуации пассажиров из потерпевшего крушение лайнера. По словам стюардов и стюардесс, ситуации, подобные случившемуся на борту «Суперджета», аварийно приземлившегося в Шереметьево, регулярно отрабатывают на учениях. В идеале экипаж должен вывести людей из салона за 90 секунд. И на тренировках это удаётся всем, даже если речь идет о самом вместительном воздушном судне.

Мы на условиях анонимности попросили действующего бортпроводника одной из не самых крупных российских авиакомпаний рассказать, как сейчас проходят учения по аварийно-спасательным работам и как он оценивает действия экипажа «Суперджета» и поведение пассажиров.

— Аварийно-спасательные процедуры у нас проводятся каждый год. Нас учат, как правильно тушить пожар, как спасать людей, как действовать, если мы приводнились, как съезжать с трапа.

Преподаватели всегда твердят, что главное — пресекать панику. Наша авиакомпания летает на самолетах нескольких типов, и на каждом типе есть свои особенности — например, конструкции двери, вместимость плота. Сертификат о обучении аварийно-спасательным процедурам на каждом типе дается на год. Потом получаем его заново.

Помимо этого каждые два года мы проходим квалификационную проверку, на которой тоже отрабатываем все эти процедуры. Повторяем все заново, чтобы не забыть.

Тренировки эти все проходят в школах бортпроводников, их несколько в Москве. Мы ездим в школу и сидим там две недели. Всё, что проходили, сдаешь заново.

Сегодня — конструкция самолета, завтра — английский, потом пожаротушение, эвакуация и т. д. Ты сам лично во всем этом участвуешь — берешь огнетушитель, тушишь салон, если у тебя возгорание, туалетную комнату, в которую кто-то бросил бычок, отсек кухни, где загорелся шкаф. Мы также отрабатываем ситуацию, когда у пассажира в руках загорелся гаджет — и такое бывает.

— Тренировок раз в год достаточно?

— Мне кажется, что да. Кроме того, дважды в год, каждый весенне-летний и осенне-зимний период, мы сдаем тесты. В них мы должны ответить на все те же самые вопросы по обеспечению безопасности пассажиров, обслуживанию самолетов. Нужно помнить малейшие детали, например, на сколько надо отбежать пассажиру от  горящего самолета. Самое безопасное расстояние — не менее 100 метров.

— Как можно пресечь панику у пассажира, который излишне нервничает, пусть и по делу?

— Такое бывает постоянно. Кто-то начинает причитать: мол, вот мы сейчас всё, разобьемся к чертям! Есть два варианта. Поговорить с ним отдельно, успокоить, чтобы никто этого не видел и не слышал. Но есть и другая тактика — наоборот, говорить с ним громко и четко, чтобы рядом сидящие слышали, что ты говоришь и как ты говоришь. И потом уже другие пассажиры начинают за тебя вступаться и помогать тебе успокоить гражданина.

— Что говорят бортпроводники, если причина для паники действительно есть? И есть вероятность аварии?

— Главное четко, с толком и расстановкой рассказать, что произошло, как произошло и какие наши дальнейшие действия. И не поддаваться панике самому! Растолковываем как есть, на духу.

— Нет ли каких-то особых обозначений, слов, которые экипаж говорит пассажирам, чтобы не напугать их слишком сильно?

— Нет, мы ничего не придумываем и не пытаемся завуалировать. Говорим как есть, чтобы все были в курсе и понимали, какова оценка повреждений. Лучше сразу серьезно все рассказать. В данном случае самолет загорелся не сразу, а когда столкнулся с землей. Стойка шасси не выдержала и пробила борт, там находится топливо, отсюда и пожар.

— Вы видели видеозапись пожара на «Суперджете», можете дать оценку?

— Когда мы с коллегами увидели первые кадры — выбегающих пассажиров с сумками и чемоданами — мы были в шоке. Не брать ручную кладь — это самое первое правило при аварийной посадке, которое озвучивает бортпроводник. Но если один пассажир встал и начал доставать багаж, а второй за ним повторил — избежать давки будет очень сложно.

— За сколько времени вы должны уметь вывести людей из самолета?

— Как нас учат в школах бортпроводников — на эвакуацию отводится не более 90 секунд. За эти полторы минуты ты должен спасти всех пассажиров, находящихся на борту. И это реально. Даже на больших бортах — таких как Боинг 777, Боинг 747 — реально все спасаются. Если все слажено, не возникает давка, пассажиры не пытаются достать и забрать свои вещи, — то это возможно. И мы отрабатываем это регулярно. Пассажиров обычно на тренировках изображаем мы сами. Но я знаю, что в других авиакомпаниях брали просто людей с улиц и заполняли ими борт. И все реально были спасены за 90 секунд.

— Можете предположить, что происходило внутри полыхающего лайнера?

— Паника, слезы. Кто-то мог потерять сознание… Не дай Бог с таким столкнуться. Я считаю, что члены экипажа — молодцы, сработали слаженно, всё сделали правильно. Пилоты в том числе. Даже по видеозаписи видно, что самолет вырулил с полосы, съехал на траву. Это важно — потому что полоса осталась свободна для подъезда экстренных служб. Сейчас мы все в раздумьях, прокручиваем с коллегами в голове, как бы мы повели себя в такой ситуации…

— Что должен сказать бортпроводник пассажирам в той ситуации, в которую попал «Суперджет»?

— Надо не говорить, а орать на всех. Все расстегивают ремни, встают, подходят к тебе, ты открываешь дверь, надуваешь трап. Потом кричишь: «Прыгайте, съезжайте, убегайте!»

***

— Я летаю бортпроводником уже 16 лет, и с каждым годом отношение к нам становится все хуже и хуже, — отмечает москвич Алексей Бобров. — Пассажиры смотрят на бортпроводника как на официанта. Но мы здесь не для того, чтобы кормить, а для того, чтобы обеспечит безопасность! Питание — это дополнительная опции для комфортного полёта.

— Однажды была сильная турбулентность, люди стояли в очереди в туалет, рассказывает бортпроводница Полина. — Мне пришлось закрыть комнаты — пользоваться ими в этот момент небезопасно. Люди очень ругались и жаловались на меня, кричали, что так нельзя. Я находилась между людьми и кабинками, и в этот момент нас очень сильно тряхануло.

Люди, стоявшие передо мной, оказались на полу. И только после этого, все поняли, что все серьезно и сели по местам.

Тем не менее, члены экипажей отмечают, что после аварии «Суперджета» пассажиры, которые вылетали в ближайшие дни, вели себя гораздо более внимательнее, чем обычно.

— На сегодняшнем рейсе все пассажиры внимательно смотрели демонстрацию, — отмечает бортпроводница Рания Шайхутдинова. — Обычно это не так: многие сидят в телефоне, в наушниках, кто-то уже седьмой сон видит… Кроме того, на этапе подготовки к взлету не было пререканий типа: «Зачем я должен убирать куртку или ручную кладь?!», все были очень послушны, изучали Инструкцию по безопасности для пассажиров. И еще никто не вскочил сразу после приземления, все ждали до самого конца , пока табло «пристегнуть ремни» не отключится.

Все новости о катастрофе в Шереметьево — в нашей онлайн-трансляции

Источник

Похожие статьи

НАПИСАТЬ КОММЕНТАРИЙ

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены (обязательно)